Репортаж с операционного стола

В конце февраля, поскользнувшись и ударившись коленом о что-то твердое, я получила травму. Колено моментально распухло и съехало набок. Встать самостоятельно не смогла и только благодаря двум добрым, совершенно незнакомым женщинам, решившим помочь мне, практически вися у них на руках, добралась до работы. Благо оставалось идти метров пятьдесят.

Было очень больно и неловко задерживать людей, спешащих на работу, но другого выхода просто не было. Спасибо моим спасительницам, которые не только не бросили меня на дороге, но и каким-то чудесным способом помогли по высокому крыльцу подняться и зайти в помещение. А

там уже четко сработала служба сопровождения пациентов, и я была сдана и надежные руки приемного отделения родной больницы.

 

— Оскольчатый перелом надколенника  со смещением. — сказал травматолог, посмотрев снимки

 

И вот по длинному [коридору,  минуя отделение ортопедии, на каталке меня везут в операционную. Вижу только вывески над дверями кабинетов да бесконечный белый потолок

— Первая операционная,  — говорит кто-то, каталка подъезжает к операционному столу, и я при помощи сестричек перебираюсь на стол. Девочки щедро обрабатывают ногу спиртом, укрывают стерильной простыней. Слегка морозит, скорее от нервного напряжения.

 

Медсестра подключает к моим рукам с одной стороны систему с лекарством, к другой — тонометр, который будет контролировать мое АД.

 

Огромные лампы, мягко вращаясь, устанавливают в нужном положении. Операционная медсестра раскладывает на столике инструменты.

 

— Замерли? — спрашивает анестезиолог. Дрожите вся… или боитесь?

 

Анестезиолога, который назначен моим ангелом-хранителем на время операции, зовут Гаврил Сивцев (фамилию я узнаю, конечно, позже). Доброжелательный, позитивный и общительный он помог мне легко перенести напряженные для меня часы,

— Не без этого, — признаюсь я

 

— Все будет хорошо, не бойтесь, вас будет оперировать Георгий Ионович Цыпанднн, — говорит Гаврил, и это звучит так, что оперировать будет сам Лео Бокерия.

— Знаю, — говорю, стуча зубами

 

 

 

Гаврил говорит что-то еще и когда еще раз слышит в ответ мое «знаю», смеется: «Да вы все про нас знаете!»

 

— Кофейку бы горячеиького сейчас и телефон, я бы операцию сняла, — говорю я, но пожелание мое. увы, остается без ответа. Надо было бы быть понастойчивее.

— Сейчас будем делать укол. У нас спинно-мозговая анестезия — Гаврил так беззаботно об этомговорит. что я абсолютно не напрягаюсь То, что процедура эта не из приятных, пойму позже, когда он будет вводить иглу. А пока меня просят согнуть спину.

 

— Попробуйте строиться как сердитая кошка,  — подсказывает  медсестра Анестезиолог ненадолго замолкает. Видимо, согнуть спину как нужно, мне не удается. Но — дело мастера боится, вот по ногам уже идет мягкое тепло. И вместе с ним появляются травматологи. Как будто вырастают из-под стола. Я даже не видела, как им надели халаты, перчатки, маски. Справа — Цыпандин, слева – под маской не разобрать, кажется, Григорьев. Пока

Не установили ширмочку, отделяющую оперируемого от стерильного поля, успеваю разглядеть четыре руки и часы на стене — 19 : 30.  Все время пошло.

 

 

 

Через мгновение над ширмочкой в руках оператора как-то уж очень легко взлетает моя правая нога с безобразно опухшим коленом и съехавшей набок чашечкой. Боли нет.

-Что чувствуете? –спрашивает Гаврил. Его большие глаза нависают надо мной.

— Ничего, — отвечаю я, и внутренне сжавшись, жду, когда же будет больно.

— Скальпель, зажим, пинцет… — слыщу голос Цыпандина.

Гаврил интересуется моей работой. Если бы я не знала, что доктор полностью  отвечает за анестезию во время операции, я бы подумала, что ему нечего делать, и он болтает со мной, чтобы отвлечься.

 

 

Долго лежать в позе распятого Христа тяжело.

— Можно немного руки поднять?  — спрашиваю.

— Да, пока аппарат не работает — можно.

Ненадолго приподнимаю занемевшие руки.

IMG-20190314-WA0041

Тем временем хирурги, негромко переговариваясь, делают свое дело Слышу какие-то немедицинские звуки: стук молотка, щелканье кусачек, смачно откусывающих проволоку, звуки дрели.  Пахнет паленым. Или мне все это кажется?!

— Малый набор! —  командует Георгий Ионович. Медсестра быстро выходит и вскоре возвращается с чем-то.

 

Чувствую, что вдруг наплывает тошнота, говорю Гаврилу Медсестра подносит к моей щеке металлический лоточек. Впрочем, тошнота тут же проходит.

— Лекарство поменяли, как вы быстро среагировали, — смеется анестезиолог.

— Ну, вот и все, — говорит Цыпандин и подкатывает к моей голове монитор и показывает результат работы.

 

На экране я вижу два совершенно одинаковых шарика, аккуратно скрепленных металлическими  скобками.

— Человек вы, видимо, невредный, начали хорошо и закончили удачно, — слышу голос Ионыча, вижу его смеющиеся глаза.

 

На часах 21.45. Операция закончилась.

 

Вот Георгий Ионович уже переодетый в свой обычный  синий костюм еще раз проверяет уже упакованную ногу, и, подойдя к анестезиологу, обменивается с ним коротким рукопожатием, очевидно, благодаря за хорошую работу. Красивый жест!

Все, еду в палату.

 

 

Зоя ИГНАТЬЕВА

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s